Алексей Краснов: "Один хороший человек мне сказал: "С твоим ударом надо просто бросать"

06. 06. Яна Наконечная (пресс-служба ХК "Ростов")

Лучший защитник-снайпер "кондоров" – о жизни и глобальной цели в ней.

Алексей Краснов: "Один хороший человек мне сказал: "С твоим ударом надо просто бросать"

"Хороший сезон: и в плане статистики, и в плане командной игры"

Насколько ровным для команды был прошедший сезон?

— Не сказать, что прямо гладко он прошёл, но достаточно уверенно, скажем так. В нас заложили физическую форму. С той предсезонной подготовкой, которую мы прошли, мы выдержали весь сезон. Справились и с нагрузками на предсезонке, и с соперниками в сезоне, поэтому он прошёл достаточно ровно. Были погрешности: где-то были игры, которые подвели нас в плане результата, где-то были игры, от которых мы, наоборот, получили удовольствие. Обыгрывали лидеров, но при этом проигрывали Ижевску 0:1. Были и взлёты, и падения, но в основном это был очень ровный сезон, достаточно сбалансированный. Впечатление осталось очень хорошее.

А в личном плане?

— Наверное, можно сказать, что один из самых успешных сезонов для меня. В начале было чуть-чуть тяжеловато входить, потому что пауза была большая с прошлого сезона. Грубо говоря, больше, чем полгода без игр, без эмоционального всплеска. Было в удовольствие входить, потому что ты это всё вспоминаешь – выходишь, как будто в первый раз. Первую домашнюю серию очень хорошо провели, первый матч дома выиграли. Потом, где-то в октябре, чуть-чуть пыл вот этот остыл: все вкатились. Был немного не в своей колее. Но уже ближе к Новому году всё восстановилось – нашёл свою игру. Я считаю, что хороший сезон: и в плане статистики, показателей, и в плане именно командной игры. Она доставила очень много удовольствия.

Получается, переломный момент – Новый год?

— Ну, даже не Новый год, а где-то начало декабря. Наверное, тогда был переломный момент, после которого, скажем так, всё стало просто получаться. Всё, что хотел.

Какой период "регулярки" считаешь самым комфортным?

— Наверное, это было начало, потому что ты ни о чём не думал, не знал, как готовятся все остальные. По новостям сидишь, читаешь: одни сели на двухнедельный карантин, вторые... Мы тренировались всё лето, мы были в форме. Начало сезона было более-менее комфортным, а потом, после ноября-декабря месяца, когда уже все без карантина влились в игру, стало по-другому. Ты понимал, что надо выходить, но будет тяжеловато.

Читал книги для профессионального роста?

— Читал: и в этом сезоне, и в прошлом. Много автобиографий читал, очень много книг для спортсменов по физической подготовке. В этом году мало, по сравнению с прошлым, когда я был, грубо говоря, один. Жил в Ангарске, очень много читал: каждый выезд, да и вообще каждый день. В этом году уже реже.

Что именно?

— Я читал автобиографии Тарасова, полную книгу его. Потом был Дидье Дрогба, Пеле. Тренер по физподготовке и главный врач команды "Питтсбург" написали книгу про то, как правильно подготавливаться, какие упражнения на какую группу мышц самые полезные для игроков. Ну, для хоккеистов. Вот, я её летом прочитал. И сейчас после Нового года взял себе спортивную анатомию. Начал изучать, скажем так, не только какие упражнения надо, но и своё тело. Для меня это тоже плюс, потому что мы спортсмены – мы должны знать, что как устроено и что с этим делать.

"Когда удалился с "Динамо", выбежал и забил, эмоции били через край"

Ты стал лучшим снайпером из защитников. Было важно наконец прервать "засуху"?

— Ну, на самом деле, очень долго эта "засуха" длилась. Мы считали: там сто два или сто три матча. То есть это два сезона, грубо говоря. Даже почти три я не забивал! И когда удалился с "Динамо", выбежал и забил, у меня эмоции били через край. Да, было приятно стать лучшим снайпером. Я не стремился к этому. Один очень хороший человек мне сказал: "С твоим ударом надо просто бросать. Это твоя задача". Я начал бросать – я начал забивать.

В прошлом году сотую шайбу забросил Паша Антипов. В этом – ты. Совпадение?

— Да нет (смеётся). Я не думаю, что это какое-то совпадение. Если бы наша пресс-служба не сделала на этом акцент, я бы даже не знал. Я не считаю, что это какая-то заслуга: мог забить любой из наших нападающих, защитников – неважно. Ну, просто так выпало, что она пришла на мою долю. Сотая и сотая (улыбается).

Ваша история с Пашей тянется два интервью. Твоя очередь говорить что-нибудь!

— Да что? Ничего я про него не скажу. Памятник он мне так и не поставил – я вот всё жду. А что-то новое говорить... Всё по-старому (улыбается).

В Ростове вас свела судьба, или это просто случайность?

— Да кто его знает? Судьба – такая штука... Ну, да, в прошлом году я звонил сюда, в "Ростов", когда был переходный момент. Я хотел сюда приехать. Звонил и Серёже Павлову, который сейчас за "Кристалл" играет, и Антипову, и Цветкову. Ну, а потом, когда Григорий Владимирович сам мне набрал в мае прошлого года, я без раздумий сказал, что да – приеду. А потом просто уже Паше Антипову позвонил, сказал: "Я приезжаю. Подскажи мне, где тут жить?" Я не считаю, что это судьба. Так, наверное, просто обстоятельства сложились.

"От Москвы до Владивостока все города, которые можно было, я проехал"

Как съездили в Таганрог?

— На самом деле прекрасно (улыбается). Очень продуктивно съездили. Ребята планировали поехать на день, ночь и ещё один день. Я сразу сказал: "Мы приедем, поспим, днём пойдём погуляем по Таганрогу. Нам не хватит". Они говорят: "Да нет, нет. Мы искупаемся в бассейнах, походим в бани, поспим, с утра погуляем по набережной и в двенадцать поедем". Но в девять часов вечера первого же дня мы сказали друг другу, что нет. У нас было не то, что большое мероприятие... Мы просто хотели поехать отдохнуть от всей этой рутины. Мы очень хорошо, весело провели время. Это была прямо эмоциональная разгрузка, после которой мы на третий день приехали домой, и я сказал Паше Антипову: "Давай мы два дня ещё с тобой не будем видеться?" (смеётся). Ну, потому что так всё хорошо было – не хотелось это забывать. Мы с Пашей в отпуске каждый день гуляли вместе, семьями: мы были с ребёнком, а они просто за компанию выходили с нами. Это была, наверное, одна из самых лучших двухнедельных пауз, которая могла быть. В первый отпуск, который нам дали сразу после плей-офф, все уехали – мы с женой здесь вдвоём остались. И мне настолько было тяжело, что я на третий день вышел и начал тренироваться в зале, с ребятами из детской школы. В следующий раз я на лёд вышел два раза. Сказал: "Мне хватит его", и всё – дальше пошёл отдыхать.

Сколько городов посмотрел за время карьеры?

— Много. Россия – всё, что по "молодёжке", по "вышке", плюс некоторые страны СНГ. И три города в Северной Америке: по детству мы ездили на всякие турниры. В "молодёжке" ещё была Рига, Беларусь, Чехия со Словакией. Тогда – да, было весело. Особенно было круто, когда приезжали в Карловы Вары. Там город очень красивый. Когда в Беларуси на сборах были, приезжали в Минск. Там не сказать, что прямо "вау", но чистые, зелёные города. В основном это леса какие-то. Если за город уезжаешь – всё, у тебя начинается лес. Очень было круто. А так – в основном Россия. Грубо говоря, от Москвы до Владивостока все города, которые можно было, я проехал.

О чём по прошествии лет будет напоминать Ростов?

— Ростов, наверное, будет напоминать о чём-то своём. Нам с женой все говорили: "Поезжайте! Красивый город". Да, город красивый, но больше он запомнился как солнце, море и фрукты, скажем так.

"Нет такого, что я полностью сбагрил своего ребёнка на жену"

До рождения дочки был прогноз: "Самое трудное время – первые полгода". Ну, как?

— Трудно, согласен. Трудно было в первый месяц, когда они ещё сюда не прилетели, потому что я понимал, что жена у меня там одна. Ну, без моей поддержки: были её и моя мамы, моя сестра. Они жили вместе с ними, помогали. Но потом, когда приехали сюда... Я бы не сказал, что это прямо очень тяжело. Наверное, самый тяжёлый период начинается сейчас, когда дочка подрастает. Ты сам начинаешь замечать, что каждый день ребёнок тебе преподносит что-то новое: то начинает разговаривать, то смеяться. Сейчас ползает уже сама. Каши всякие, пюрешки – сидишь, самолётики ей в ротик запускаешь. Я бы не сказал, что тяжело. Тяжело, наверное, было жене, потому что она с дочкой всё равно больше времени проводила. Я приходил после тренировок – по максимуму забирал ребёнка. Самое тяжёлое сейчас – это ночное время. Ночью я сплю, а бедная моя жена... Не то, что она страдает: мы все должны это пережить. Я говорю ей: "У нас сейчас отпуск. Ты в любой момент можешь меня разбудить". Я могу и сходить погулять, поукачивать. Нет такого, что я полностью сбагрил своего ребёнка на жену, а сам тут сижу или где-то гуляю. Нет – я сразу сказал, что у меня тренировки, а после них я свободен. Мы даже почти перестали куда-то ходить. С появлением ребёнка мы стали настолько больше времени проводить наедине и вместе, что не чувствуется никакой усталости и напряжения.

Готов написать книгу о том, как успокоить ребёнка?

— (Смеётся). Да нет, на самом деле мы сейчас с женой тоже книги читаем разные, смотрим Интернет. Каждый ребёнок – это своя единица. У одного он кушает – сам засыпает, у второго – игрушку дай, он сам с ней уснёт. Третьего просто положи в качели, которые сами двигаются. У нас она просто засыпает на руках: я её покачал – она уснула. Писать об этом книгу..? Ну, одному зайдёт, другому нет, а третий вообще скажет: "У меня он не спит ночами". К детям нужен свой подход. Книг писать здесь можно много, но они помогут только тем, у кого точно такие же проблемы. Мы начинаем читать и думаем: "Да как так: у этой всё хорошо, а у нас что-то не так?" А потом – наоборот: у нас всё нормально, а у других – нет. Решили жить, как диктует ситуация. Мы растим ребёнка так, как растили нас. Звоним мамам, говорим: "Есть такая-то маленькая проблема. Что делать?" Мама нам говорит: "Ну, вот, попробуйте так". Попробовали – всё хорошо. Нет – какие-то свои методы, может, используем. Стечение обстоятельств такое, что просто покачали – уснула, и всё. О! А мы тут две недели парились, почему она не делает этого...

Какой своей привычкой гордишься?

— Домой вовремя прихожу (смеётся)! Я после тренировок нигде не засиживаюсь, а иду домой. Вечером, если после игры какое-то мероприятие или куда-то меня позвали, я прихожу и говорю: "В восемь часов вечера – домой". Потому что я знаю, что мы в это время купаем ребёнка, а потом спать укладываем. Жене просто будет тяжело без меня. Я говорю: "Приду к определённому времени", и всё. У нас с этим нет проблем.

"Самый тяжёлый матч плей-офф – третий. Вышел на второй овертайм, и у меня закружилась голова"

В матче с "Дизелем" был момент, когда ты пропустил вперёд себя капитана. Чем руководствовался?

— Всегда так. На самом деле это не то, что какие-то традиции, особенности... Просто человек, который забивает, всегда едет первым. Я всегда стараюсь пропустить его, чтобы он получил все эти овации. Когда едешь первым, вся скамейка тебе кричит, что ты молодец, заряжает эмоциями. Когда едешь последним, ты эти эмоции уже со льда соскребаешь. Вне зависимости от того, капитан ли, Влад... Любой игрок забьёт – я всегда его пропущу вперёд. Скажу: "Это твои эмоции – вот иди их и забирай".

С кем в паре играть стало привычнее всего?

— С Женей Петриковым. Мы сразу с начала сезона – с первой, со второй тренировки – вместе. Да, нас разбивали и на предсезонке, и в сезоне – опять же, до того, как прошёл маленький спад и в декабре начался подъём. Я понял, что мы с Женей очень хорошо чувствуем друг друга, подсказываем, одинаково видим игру. Где-то он меня подстраховывает, где-то – я его. Конечно, в большей степени он меня (улыбается). С ним приятно играть. Получал очень много удовольствия.

У тебя второе игровое время из оборонцев в плей-офф. Чувствовалось ли это физически?

— В плей-офф – наверное, да, потому что игра была "от ножа", скажем так. Это был первый мой плей-офф вообще по "вышке". Я сам не знал, чего от него ожидать. Не то, чтобы была какая-то нервозность... Просто я понимал всю ответственность, что здесь одна ошибка может решить игру. "Регулярка" уже сезонов пять по "вышке" как идёт, так и идёт. Просто либо уменьшается, либо увеличивается количество игр, что не так важно. Ну, там, две-три игры – это не большой показатель. А вот плей-офф, когда он начинается в феврале, уже другое дело. Во-первых, это конец сезона. Ты все эмоции отдал, вышел в плей-офф – здесь уже надо более собранно играть, и физически должен быть лучше подготовлен. Самый тяжёлый матч, наверное, был третий, когда мы играли уже два овертайма... Я вышел на второй овертайм, и у меня закружилась голова. Я стоял на льду, но быстро собрался, и всё нормально было. Как-то быстро себя в чувства привёл, и доиграли. Тяжело эмоционально и физически, потому что это было впервые. Не знал вообще, к чему готовиться.

"Глобальная цель – стать хорошим человеком, спортсменом, папой, мужем"

Можно ли стать спортсменом, если у тебя проблемы со здоровьем?

— Всегда можно стать спортсменом. Для себя. Смотря, что ты подразумеваешь под словом "спортсмен"... Можно выйти и с утра просто бегать. Для кого-то будет достаточно, он придёт и своим друзьям скажет: "Ну, я спортсмен". А другой на него посмотрит и скажет: "Да ты профессионально не занимаешься! Какой ты спортсмен?" Ну, это как бы тоже неправильно. У нас просто есть люди, которые любят спорт и занимаются им: в зал ходят, бегают... А профессиональные спортсмены приходят: "Пф, да я тут двадцать лет занимаюсь хоккеем, какой ты спортсмен?" Можно всё, если тебе нравится это. Если ты делаешь с улыбкой, с позитивом, то можешь себя хоть мастером спорта назвать. Главное – чтобы тебе было в радость. А мнение чужих каждый день меняется.

Философский вопрос: одна глобальная цель или много маленьких?

— Много маленьких целей приводят к одной глобальной (улыбается).

Есть ли у тебя такая сейчас?

— Да. Потихонечку-потихонечку маленькие цели завершаются. С каждым годом – новые цели, новые возможности. Стараюсь по максимуму выполнить их. Глобальная цель – стать хорошим человеком, спортсменом, папой, мужем. Каждый день в каждой сфере ставлю себе плюсики. С каждым днём эти задания, скажем так, прибавляются.

До пятидесяти матчей в "Ростове" тебе не хватило три игры. Перешагнёшь порог в новом сезоне?

— Да! Без учёта плей-офф не хватило, да? Ну ничего. В новом сезоне перешагнём (улыбается).