Максим Пузяков: Пока молодой, надо поиграть за команды, где много бросков

Голкипер «Ростова» Максим Пузяков был признан лучшим игроком 25-й недели OLIMPBET Чемпионата России — ВХЛ в своем амплуа. В двух матчах он одержал две победы, одну из которых — всухую, отразив 98,5% бросков при коэффициенте надежности 0,49. В интервью 22-летний лауреат рассказал о первом полноценном сезоне в лиге, самодельных ловушках и вратарях команд-андердогов.

— Что для тебя значит признание лауреатом недели? Это первое подобное достижение игроков «Ростова» с декабря 2023 года.

— Честно говоря, очень сильно удивился. Если брать матчи до с ХК «Тамбов»— невероятно провальные. С «Бураном» — три гола и замена. С «Торпедо-Горьким» — четыре гола за два периода... Даже не ожидал и не надеялся на что-то.

— Мотивацией на ХК «Тамбов» стала беседа с главным тренером, который напомнил о тех провалах?

— Да. Плюс, соперник рядышком. Можно сказать, принципиальный.

— Тебя отметили в том числе за игру против «Динамо-Алтая» и приятеля Никиты Дианова. С кем еще из сибирских вратарей общаешься?

— Их много, на самом деле. Табатчиков в «Ижстали» — тоже из Новосибирска, по детству играли вместе. Дианов из Омска, мы были на вратарских сборах в школе Александра Вьюхина, познакомились там. Дюбин, который играет за «Сокол». Не особо знаком с ним, просто знаю, что из Новокузнецка — соседний город. Кокаулин, Нефедов в Барнауле — тоже новосибирцы.

— Гол Дианова назвали лучшим в лиге в феврале. Хотел бы забить сам?

— Наверное, да, но все же это опасно. В основном, если шайба доходит до тебя при пустых воротах, вся команда соперника сразу летит на тебя, чтобы ты ее не выкинул.

— «Металлург» нанес 45 бросков по твоим воротам за полтора периода. Главный тренер команды Григорий Пантелеев сказал, что именно в матчах с такими соперниками проверяется состоятельность игроков. Справедливо ли это для вратарей?

— С такими соперниками интереснее играть. Допустим, матч с «Динамо-Алтаем», когда за первый период мне нанесли четыре броска и забили один гол. Стоишь холодный, неготовый... В таких матчах, как с «Металлургом», когда бросков много, намного легче. Тем более, если соперник мастеровитый, хоккеисты поигравшие, взрослые, умные.

— Имеют значение фамилии? Тот же Шалагин.

— Не имеют.

— Ты хорошо читаешь игру и даешь команде уверенность. Как тебе это удается?

— Просто, наверное, разыгрался. Начало сезона было провальным. Даже не исключал того факта, что со мной могли попрощаться, потому что не было результатов. Я понимал это и знал, что мне нужно время, доверие партнеров и уверенность, но не самоуверенность.

— В одном из интервью с тобой поднимали тему звездной болезни.

— В детстве поймал ее. Когда начались предложения от клубов, вызов в сборную федерального округа... Но пришел молодой поигравший тренер Дмитрий Александрович Ряжинов. Он как-то это прибил: победа и победа. Стараюсь забыть матч сразу, как только вышел со льда, чтобы ничего не вбивать себе в голову. Тяжело спать, когда думаешь об этом. А если еще какой-нибудь плохой матч, обидное поражение... Полночи не спишь.

— Два комплекта амуниции рук — базовый минимум или роскошный максимум?

— Думаю, это самый минимум, потому что форма убивается быстро, особенно на тренировках. Клуб у нас небогатый. Заказать несколько комплектов какой-то экипировки из Канады — в России сейчас это сделать тяжело. Отечественные производители хорошие, но надо еще работать. Приехала ловушка — буквально два месяца, и она разорвалась. Это норма, что ловушки рвутся, но я считаю, что клуб должен их заказывать, и не две пары. Должно быть штуки четыре на сезон, потому что шайба попала в край — и все, это место согнулось, ловушка уже не играбельна: не чувствуешь габариты, и бывает, что по пальцам прилетает. Мне повезло, что в детстве я играл в такой команде, где абсолютно ничего не было. Все за свой счет. Ловушки переплетал сам. Дома даже есть парочка, которые сшил полностью с нуля. Умею и разобрать, и собрать заново, и пластину поменять. В «Ростове» уже это делал, потому что в Нефтекамске ловушка абсолютно разорвалась — пришлось перешивать прямо перед игрой.

— В сезоне 2024-2025 ты был бэкапом Ильи Горбунова и провел всего девять встреч за «Ростов», но после дебютного полноценного матча в стартовом составе говорил, что знал свой потенциал и ждал шанса. Каким для тебя получился первый полноценный сезон в ВХЛ?

— Слишком эмоциональным. Конечно, личные достижения — это хорошо, но командные же в любом случае на первом месте. А когда команда идет на дне... Считаю, что по своей игре мы заслуживаем быть хотя бы в двадцатке, потому что бьемся, и слишком обидно, когда такое случается. То, что я провел мало матчей в прошлом году, и сказалось на начале сезона.

— В ноябре-январе ты играл фактически без замен во время травмы напарника Кирилла Капустина. Можно ли назвать это удачным стечением обстоятельств лично для тебя?

— Судьба так сложилась. Приходилось тяжело, потому что до этого я в основном три матча сидел — один играл. Когда проводишь серию полностью, четвертый — уже на усталости, тратишь меньше сил: нет лишних движений, пытаешься играть строго по шайбе, читать и перехватывать передачи, чтобы помочь себе и команде. Для меня главное было выиграть, потому что у меня не было побед. Разговаривали с Андреем Витальевичем [Литвиновым — тренером вратарей «Ростова»], что они нужны. Первая победа была с «Челнами» 12 декабря — тогда же, когда и первый сухой матч.

— Ты провел его уже на льду Дворца спорта. Переезд на обновленный стадион вдохнул в команду силы?

— У меня никогда не было такого, чтобы переехать на новую арену по ходу сезона. Удивился, что она очень крутая, чем-то напоминает старый «Авангард». Играть на «Айс Арене» крайне неприятно для вратаря, потому что это маленькая площадка, броски отовсюду. А во Дворце и поляна побольше, и сам стадион, атмосфера совсем другая. Поначалу, честно говоря, не было ощущения, что играем дома, потому что в голове казалось, что что-то не так. Да, свои трибуны, кричат, но все же «Айс Арена» уже стала родной. Во Дворце спорта более-менее обосновался ко второй домашней серии.

— В команде появился локальный мем со скандированием «Пу-зя-ков» по слогам. Каково было слышать это с трибун?

— Круто! Все равно, когда слышишь это, испытываешь какую-то гордость. Была бы здесь семья — мама с бабулей, наверное, расплакались бы. (Улыбается). Главное, чтобы они с отцом были довольны. Стараются смотреть матчи, хоть плюс четыре часа к московскому времени — это и поздно.

— Ты говорил, что в детстве хотел заниматься боями без правил. Василевский и Бобровский затевали драки. Видишь себя на их месте?

— Если такое стечение обстоятельств на матче, куда деваться? Как это обычно бывает: вратарь соперника станет слишком наглеть, влезет в потасовку на пятаке, либо я влезу — он приедет.

— Если кулачных поединков пока не было, то в последнее время появились сдвиги ворот и выброс шайбы. Недоволен количеством штрафных минут?

— Вообще нечестно получается. Раньше были правила, что первый раз предупреждали. Сейчас подъезжаю, говорю: «Реф, я не специально», а он: «Понимаю, но не могу не дать». А я же иду на прострел, прихожу к штанге... Видимо, надо резинки, которые держат штыри, поглубже делать. А шайбу выкинул специально. Хотел повыше и подальше. (Смеется).

— В сезоне 2023-2024 ты провел 65 матчей за «Липецк» в НМХЛ, и тогда к весне не осталось сил и эмоций. Как сейчас?

— Это совсем разные лиги. Там у меня и бросков столько не было. В ВХЛ броски сильнее, точнее, хоккей явно умнее. В НМХЛ игрок выезжает и сам не понимает, куда он бросит, как полетит шайба. В ВХЛ и сам постарше становишься, и совсем другой подход, объем бросков и ответственность. Мне легче играть здесь, к броскам привык. Самое главное — просто не думать, тяжело тебе или нет. Как пойдет, так пойдет.

— Существует специфика игры голкипера в командах, по воротам которых много бросают. А как обстоят дела с топ-клубами?

— Там вратари взрослые. Бывает, смотрю матчи — 15 бросков, три опасных, из них два забьют. Какой вообще интерес к хоккею? (Улыбается). Понятно, что, если бы мне было 30 лет, я бы, может, и хотел играть в той же «Югре». Зарплату получаешь.

— Тогда на первый план выходит игра весной.

— Можно сказать, в регулярке силы не тратят, а включаются уже в плей-офф.

— В некотором роде это замедляет рост?

— Когда ты приезжаешь из команды, где тебе в каждом матче наносят по 40 бросков, в команду, где наносят по 20, большой шанс провалиться, как получилось с Илюхой Горбуновым. Не понравился «Зауралью». По нему было видно, что он привык ловить сложные броски, а там не разрывают — играют с умом. Думаю, что ты, наоборот, растешь в таких матчах, когда 20 бросков, но все опасные. У нас 40 бросков, из которых половина — от синей линии. К «Ростову» еще и морально люди не так готовятся, как к «Югре». Первые два периода они думают, что обыграют нас на одном коньке. Но мы-то заряжены. А на третий период уже и не включишься в игру, потому что вратарь и команда разогретые, все на кураже. Тяжело вытащить матч.

— Если обобщить, позиция вратаря — наиболее привлекательная в клубе-андердоге?

— Только, вот, для личной статистики. А остальное все равно тяжело, потому что ты знаешь, что если сейчас не поможешь, то поедешь на скамейку.

— При случае готов отказаться от этого в пользу 15 бросков за матч?

— Возьмем тот же «Динамо-Алтай» — мне очень не понравилось играть. Скучный матч. В первом периоде даже не вспотел, наверное. Во втором хотя бы работы побольше появилось. Ну, и третий — равный. Счет 1:1 и напряженная игра, которая идет в центре поля, а не у ворот. Мы много бросали, а они все пытались до верного.

Я бы, наверное, еще поиграл там, где много бросков, потому что если собираешься выше, то ты должен привезти с собой багаж какого-то опыта. Допустим, смотрят: за два сезона — три тысячи бросков. Солидно. Пока молодой, надо пользоваться возможностью и поиграть за такие команды, как «Ростов», где много бросков.

— Как ты изменился за сезон?

— Эмоционально расцвел. Когда знаешь, что будешь играть, чувствуешь спокойствие, а когда не играешь, все морально оседает. Думаешь, что надо пойти поработать в зал, на лед, и пока работаешь, всю тренировку думаешь, что делаешь не так. От этого устаешь больше. Между тренировками тело вроде как отдыхает, а голова — нет. Весь день ищешь, как отвлечься. А когда играешь, голова пустая. Она холодная. И мыслей меньше. И настроение есть, и дома порядок. Бытовуха — она же у всех. Мы тоже люди. Дома становится намного лучше, когда играешь, потому что эмоций много, и они не агрессивные.

— Что же делать с агрессивными?

— Только играть. Ну, или успокоительные пить. (Улыбается).